Балалаева Е.Ю. Деэтимологизированная глагольная лексика звукоподражательного происхождения

Выпуск журнала: 
Рубрика: 
PDF-версия: 

УДК 811[1+161.1]

ДЕЭТИМОЛОГИЗИРОВАННАЯ ГЛАГОЛЬНАЯ ЛЕКСИКА

ЗВУКОПОДРАЖАТЕЛЬНОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ

Балалаева Е.Ю.

Цель статьи – на основе историко-этимологического анализа звукоподражательных глаголов установить причины их деэтимологизации и десемантизации, вычленить реликты ономатопоэтического происхождения. Материалом для данного исследования послужили 16 глагольных лексем, выборка которых производилась из этимологических словарей русского и славянских языков. Среди лингвистических факторов, сопутствующих деэтимологизации звукоподражательных глаголов, можно выделить фонетические, словообразовательные и семантические.

Ключевые слова: звукоподражательные глаголы, фонетическая мотивированность, деэтимологизация, этимон.

 

DEETYMOLOGIZED VERB LEXICON

OF ONOMATOPOEIC ORIGIN

Balalaieva O.Y.

The purpose of the article is to determine the reasons for deetymologization and desemantization of onomatopoeic verbs based on their historical and etymological analysis, to identify relics of onomatopoetic origin. The material for this study was 16 verb lexemes, the selection of which was made from the etymological dictionaries of Russian and Slavic languages. Among the linguistic factors associated with the deetymologization of onomatopoeic verbs, we can distinguish phonetic, word-building and semantic ones.

Keywords: onomatopoetic verbs, phonetic motivation, deetymologization, etymon.

 

Несмотря на то, что звукоподражательные глаголы русского языка в различных аспектах синхронии и диахронии уже описаны в трудах С. Алиевой, В. Третьяковой, Л. Васильева, С. Ганичевой, Е. Голубевой, Г. Горбаневской, Р. Карунц, О. Кузнецовой и др., деэтимологизированная глагольная лексика звукоподражательного происхождения не была предметом специального научного исследования, что обусловило актуальность и научную новизну данной работы в контексте проблем системной организации лексики.

Цель работы – на основе историко-этимологического анализа звукоподражательных глаголов установить причины их деэтимологизации и десемантизации, вычленить реликты ономатопоэтического происхождения.

Поскольку традиция комплексного анализа данного пласта лексики отсутствует, задачей первостепенной важности является установление критериев разграничения деэтимологизированных глаголов звукоподражательного происхождения и собственно звукоподражательных глаголов. Попытка проекции теории деэтимологизации на ономатопоэтический материал и установления соответствующих критериев предпринята в работах автора [1; 2]. Так как характеризующим звукоподражательные глаголы является фонетическая мотивированность, то представляется правомерным считать деэтимологизированными звукоподражательные глаголы, которые в процессе своего развития утратили изначальную связь с ономатопоэтическими корнями, т.е. утратили фонетическую мотивированность, в отличие от собственно звукоподражательных глаголов, сохраняющих эту мотивированность в современном состоянии [1].

Материалом для данного исследования послужили глагольные лексемы, выборка которых производилась из следующих словарей: Этимологического словаря славянских языков О.Н. Трубачева [10; 11; 12; 13; 14; 15; 16], Этимологического словаря русского языка М. Фасмера [6; 7], Этимологического словаря русского языка А.Г. Преображенского [3], Этимологического словаря русского языка Г.П. Цыганенко [8], Краткого этимологического словаря русского языка Н.М. Шанского [9].

Рассмотрим некоторые из них.

Врать. 1. Говорить неправду, лгать; говорить вздор. 2. Фальшивить, ошибаться (в музыке, пении и т.п.). 3. Неверно показывать, быть неточным (о приборах, часах и т.п.) [4, с. 225].

В русских памятниках слово отмечается с VXI века. Единой точки зрения на происхождение глагола врать нет. Хольмер производит его из врѣти ‘кипеть’  ‘говорить чепуху’, Вайан – из за-вереть, за-вора по аналогии с образованием сплетни ← плести [6, c. 361]. Большинство же исследователей полагают, что слово врать первоначально имело форму *вьрати ‘говорить’, образованную с помощью глагольного суффикса -а-ти от и.-е. звукоподражательного корня *ṵer- → *ver- → вьр- ‘издавать звуки, говорить’ (деривационное значение ‘воспроизводить в звучании мотивирующее слово’, мотиватор: голос человека). Этимологически родственными ему являются лат. verbum ‘слово, глагол’, лит. vardas ‘имя’, лтш. vervelĕt ‘бубнить’ и пр. [8, c. 71].

Современное значение ‘говорить неправду’ возникло, вероятно, в результате сужения прежнего значения. Это семантическое изменение в структуре значения, подкреплённое фонетическими преобразованиями, способствовало деэтимологизации данного глагола, в результате чего связь с породившим его ономатопоэтическим комплексом утрачена. Этимон ‘издавать звуки, говорить’ в современном значении глагола врать представлен в ядерной семе ‘говорить’ в семеме ‘говорить неправду, лгать; говорить вздор’.

Этот же корень с перегласовкой е//о представлен в глаголах ворковать ‘издавать переливчатые звуки (о голубях)’ [4, c. 212] и ворчать ‘издавать негромкие, низкие звуки, выражающие недовольство (о человеке)’ [4, c. 214]. Связь со звукоподражанием в этих глаголах весьма прозрачна. Этимон ‘издавать негромкие звуки’ представлен в обеих семемах, выражен вполне отчётливо и легко вычленим с точки зрения синхронии. Вероятно, имеет здесь своё значение и то, что мотиваторы вьр → врать и вър ворковать, ворчать различны. Если в первом случае таковым являлись звуки, издаваемые человеком, то во втором – голоса животных и птиц (значение глагола ворчать ‘брюзжать, бормотать (о человеке)’ является вторичным, производным). В современном сознании связь глаголов ворковать и ворчать со звукоподражанием легко восстанавливается, чего нельзя сказать в отношении глагола воронить, мотиватором которого, в конечном итоге, также является голос птицы.

Воронить. 1. Быть рассеянным, невнимательным, нерасторопным. 2. сов. вид. Упустить что-либо [4, c. 212].

Глагол образован с помощью суффикса -и-ть от сущ. ворон ‘крупная птица с синевато-чёрным оперением’ (деривационное значение ‘совершать действия, свойственные тому, кто назван мотивирующим словом’, мотиватор: имя существительное). Однако для создания глагола актуальным явилось переносное значение ‘раззява, рассеянный, невнимательный человек’. Современное ворон развилось из праслав. vornъ (вследствие изменения -or- → -оро-), которое образовано с помощью суффикса -n- от звукоподражания ver- / vor- ← ṵer- (ср. параллельное звукоподражание ker- / kor- / kr- от которых образованы лат. сornis ‘ворона’, англ. crow ‘ворон’, русск. кракать, каркать) [8, c. 68].

Затемнению звукоподражательного происхождения глагола воронить способствовал тот факт, что образованию глагола предшествовал ещё один этап – образование существительного. Словообразовательный фактор, обусловивший развитие деэтимологизации, подкреплён как преобразованиями в звуковой оформленности слова, так и семантическими изменениями в структуре значения самого глагола воронить ‘совершать действия, свойственные ворону’ ‘быть рассеянным, невнимательным, нерасторопным’.

Аналогичный словообразовательный процесс повлиял на деэтимологизацию глагола врачевать книжн. ‘лечить; исцелять’ [4, c. 226], который связан с глаголом врать посредством образования сущ. врач. Последнее заимствовано из старославянского языка, и первоначально означало ‘тот, кто говорит’ ‘тот, кто лечит наговором» (ср. болг. врач ‘колдун’, словенск. vračiti ‘колдовать’ и vratstvo ‘лечение’, сербо-хорв. врач ‘предсказатель’) [8, c. 72].

Подобным путём (через образование существительного – агента действия) образован от глагола врать и глагол воровать.

Воровать. 1. Похищать принадлежащее другим, красть. 2. Заниматься воровством [4, c. 213].

Глагол образован с помощью суффикса -ова-ти от сущ. воръ. Последнее засвидетельствовало в русских памятниках с XVI века; употреблялось по отношению к Лжедмитрию І в значении ‘авантюрист, мошенник’ [6, c. 350]. Ср. стар. русск. воровать ‘прелюбодействовать’, воровской ‘обманный’, заворуй ‘наглый плут’. Это позволяет предположить происхождение сущ. вор из глагола врать, вероятно, когда последнее слово уже утвердилось в значении ‘лгать’ ‘говорить’. Дальнейшее развитие значений можно представить следующим образом: вор ‘лгун, обманщик’ ‘тот, кто обманным путём присваивает чужое’ ‘грабитель’. Существуют и другие версии происхождения этого слова. Брандт возводит русск. вор к польск. wor ‘мешок’ по аналогии с образованием мошенник ← мошна. Миклошич, Сольмсен и Мейе сближают русск. вор и польск. wor с верать ‘вставлять, запирать’, причём не учитывается значение самого слова вор.

Как отмечает Фасмер, фонетически необоснованными являются предположения о заимствовании уйг. оɤry ‘вор’, тур., гагат. оɤry ‘плут, негодяй’, а также происхождение русск. вор из фин. varas ‘вор’, т.к. последнее восходит к герм. wargaz, гот. Wargs[там же].

В современном состоянии связь глагола воровать с глаголом врать намечается в потенциальной семе ‘обманным путём’, которая имплицитно присутствует в семеме ‘похищать принадлежащее другим, красть’. Реликт ономатопоэтического значение вьр- ‘издавать звуки; говорить’, содержащийся в основе глагола воровать, полностью нейтрализован и не проявляет себя как таковой.

Варить. 1. Приготовлять пищу, питьё кипячением. 2. техн. Производить сварку металлических предметов. [4, c. 138].

Глагол варить представляет собой форму, выражающую каузатив (побудительное действие) глагола вьрѣти ‘бурлить, бить ключом, кипеть’. Первоначальное значение варить ‘заставлять кипеть’ (ср. поить ‘заставлять пить’), откуда дальнейшее ‘готовить пищу путём кипячения’. Ему родственны лит. vērdu, virti ‘бурлить, кипеть’, versme ‘родник’ [8, c. 48].

Глагол вьрѣти образован от звукоподражательной основы вьр-, имитирующей звук бурлящей, кипящей воды. В современном состоянии слово не обнаруживает фонетическую мотивированность. Причиной тому – процесс образования каузатива, повлекший за собой изменения в семантике слова.

Глотать. Движением мышц глотки проталкивать что-либо из полости рта в пищевод [4, c. 518].

Слово общеславянского происхождения (ср. с тем же значением болг. гълтам, макед. Голта, словен. goltati, чеш. hltati, укр. глитати, блр. глытаць) [11, c. 157]. Современная его форма развилась из др.-русск. глътати glъtati вследствие изменения лъ → ло. Полагают, что этот глагол образован с помощью суффикса -а-ти от исчезнувшего сущ. глътъ ‘горло’ [9, c. 105], производного с суффиксом -ътъ от подражания звукам гл-гл, которые возникают при интенсивном заглатывании пищи [8, c. 82]. Древность образования и утрата промежуточного словообразовательного звена – сущ. глътъ ‘горло’ в комплексе с фонетическими преобразованиями способствовали деэтимологизации глагола глотать; связь со звукоподражанием в современном состоянии установить достаточно сложно. Сема звучания присутствует в семеме ‘движением мышц глотки проталкивать что-либо из полости рта в пищевод’ латентно – данный процесс сопровождается характерными звуками.

Этимологически родственно глаголу глотать сущ. горло ← *gъrdlo (ъ → о, дл → л). Праслов. *gъrdlo образовано с помощью суффикса орудия -dl-o от и.-е. звукоподражательного корня *gher-/*ghel- в звуковой разновидности *ghor-/*ghol, имевшего значение ‘с жадностью втягивать пищу, глотать, жрать’ [8, c. 90]. У О.Н. Трубачева этот корень реконструирован как *gṵer- редукция *gṵr- ‘пожирать, поглощать’ / *guel- (ср. лат. glutio ‘проглатывать, поглощать’, gula ‘горло, глотка’, др.-ирл. gelid ‘пожирает, поедает’, др.-инд. gārgaras ‘глотка, пасть’, др.-прусск. gurcle ‘горло’, лит. gurlas ‘зоб, кадык’) [11, c. 157; 12, с. 204]. Сюда же относится и глагол *gьrati жрать ‘есть с жадностью’.

Дробить. 1. Разбивать, раскалывать на мелкие части; размельчать. 2. Делить на части, расчленять. 3. Часто, прерывисто стучать [4, c. 447].

Ст.-сл. дробити ‘крошить, ломать’, укр. дробити, словен. drobiti – то же [6, c. 539], болг. дробя ‘дробить, разламывать’, дроб, дроба ‘крошить хлеб’, ‘замешивать корм животных’, рус. диал. дробить ‘резать на мелкие куски, крошить варёное мясо’ (перм.), ‘волочить ноги при ходьбе’ (смол.), ‘быстро идти мелкими шажками, бежать мелкой рысью’, ‘отбивать ногами в танце, пляске дробь; ритмично передвигаться мелкими шагами, притоптывая’ (смол., ворон., тамб.) [10, c. 119]. Родственно гот. (ga)draban ‘выдалбливать, вырубать’ [6, c. 539].

Слово принадлежит к праславянскому лексическому фонду (*drobiti). Глагол образован с помощью суффикса -и-ти от сущ. дробъ ‘мелкая часть’ (ср. укр. дріб (і ← о в закрытом слоге) ‘дробь, мелюзга; домашняя птица, мелкий домашний скот’; болг. дроб ‘печень, лёгкие’, сербохорв. дрôб ‘внутренности’, словенск. дрôб ‘мелочь, отбросы, внутренности’, чеш. drob ‘крошка, кусочек’). Ему родственны др.-исл. draf ‘крошка’, лтш. dropsnas ‘крошки, отходы’, англ. drop ‘капля’ [8, c. 117].

Сущ. дробь восходит к восходит к праславянскому корню звукоподражательного происхождения *drobъ-/*drebъ. От этого же корня (с перегласовкой о//е) с помощью суффикса -зг-ъ образовано сущ. дребезгъ ‘черепок, осколок; звон’, от которого в свою очередь произведён глагол дребезжать (деривационное значение ‘воспроизводить в звучании мотивирующее слово’, мотиватор: имя существительное) со значением ‘издавать при сотрясении прерывистый, дрожащий звук’.

Несмотря на то, что образованию обоих глаголов предшествовал ещё один словообразовательный этап – образование существительного, глагол дребезжать, на наш взгляд, сохранил фонетическую мотивированность (связь со звукоподражанием восстанавливается в современном сознании, этимон ‘издавать прерывистый, дрожащий звук’ выступает в качестве стержневой семы), чего нельзя создать с полной уверенностью о глаголе дробить.

Канючить. 1. прост. Плакаться, жаловаться на что-либо. 2. Надоедливо, навязчиво просить о чём-либо, выпрашивать что-либо. [4, c. 445].

Восточнославянское слово, образованное с помощью суффикса -и-ть от сущ. канюк ‘хищная птица, похожая на ястреба, крик которой напоминает плач’ (деривационное значение ‘совершать действия, свойственные тому, кто назван мотивирующим словом’, мотиватор: имя существительное). Ср. рус. диал. конюк ‘кулик’ (влад.), ‘чайка’ (новг.), ‘дятел’ (новг.), укр. канюк ‘род коршуна’, ‘попрошайка’ [13, c. 143].

Н. Шанский возводит сущ. канюк к несохранившемуся кань ‘звук, крик’ звукоподражательного происхождения (ср. лат. сanо ‘издаю звук’, готск. hana ‘петух’ [9, c. 186]. В О.Н. Трубачева канюк *kanukъ представлен как суффиксальное производное от *kana (ср. болг. каня ‘хищная птица’, словен. kanya ‘канюк’, чеш. kanĕ ‘сарыч, канюк’, польск. kania ‘коршун’, ст.-укр. каня ‘ястреб’, укр. каня ‘коршун’. Название птица получила по издаваемому ею звуку [13, c. 142].

Образованию глагола канючить предшествовали два словообразовательных этапа: образование сущ. канюк и каня (или кан). Последние в современном русском литературном языке не встречаются. Это, наряду с изменениями в структуре значения слова: ‘издавать звуки, свойственные птице канюк’ ‘плакаться, жаловаться на что-либо’, обусловило деэтимологизацию глагола.

Кидать. 1. Взмахом заставлять лететь, падать что-либо, находящееся в руке (руках), бросать. 2. Быстро перемещать, направлять, посылать куда-либо. 3. Класть небрежно, швырять [5, c. 47].

Слово общеславянского происхождения (ср. болг. кидам ‘марать, пятнать каплями жидкого кушанья’, словен. kidati ‘кидать, выбрасывать, убирать’, слвц. kydat ‘бросить, выбрасывать’, чеш. kydati, ст.-польск. kidač – то же, укр. кидати ‘бросать, кидать; оставлять, переставать’, блр. кідаць ‘бросать, метать’) [14, c. 252]. Современная форма глагола кидать развилась из др.-русск. кыдати ‘бросать’ kydati, образованного с помощью суффикса -а-ти от основы кыд- междометного (звукоподражательного) происхождения (ср. диал. кид ‘бух, шлёп’; кидок ‘бросок’ [8, с. 174; 9, c. 105]. Основа *kyd- → кид- связана чередованием гласных с и.-е. *keud-/*skeud- (ср. др.-инд. scundat ‘прыгать, скакать’, лит. skudrus ‘проворный’, англосакс. scouton ‘бросать’, др.-в.-нем. sciozian – то же, лтш. kȗdinat, kȗdit ‘подгонять, гнать’ [14, c. 252]. В современном состоянии глагола кидать фонетическая мотивированность утрачена.

Лебезить. Заискивать, угодничать [5, c. 67].

Собственно русское слово (ср. диал. лебезѝть ‘егозить, елозить, прислуживать’), ‘льстить, ластиться, ухаживать’ (вят., нижегор., оренб., перм.), хитрить, лукавить, подходить с пустыми речами’ (новг.), лебéзить ‘говорить или обещать что-нибудь, не имея намерения того исполнить’ (новг.), лебéзѝть ‘хитрить, пустословить’ (твер., новг, колым, ярослав.), ‘тараторить, говорить быстро, тонким голосом’ (пск., твер.), ‘слегка шепелявить’ (перм.), лебездѝть ‘болтать вздор, пустословить, мешать своей болтовней окружающим’ (олон., новг., костр.), ‘шлепать ногами по грязи’ (олон.), блр. лебязіць ‘льстить, угодничать’ [15, c. 81].

Этимологию А. Потебни, согласно которой это слово трактуется как родственное лат. labо, labare ‘колебаться, качаться’ Фасмер считает сомнительной [7, c. 471], Миклошич высказывает мысль о тюркском происхождении глагола [3, c. 441].

По мнению О.Н. Трубачёва, *lebeziti → лебезить связано чередованием гласных с *lobъzati, *labъziti. Глагол *lobъzati → лобзать ‘целовать’, представленный в старославянском, сербохорватском и диалектном русском, вместе с *labъzati(se) → лабзать ‘ласкаться’ родственны лат. lambō, -ere ‘лижу, облизываюсь’, др.-в.-нем. laffan – то же, др.-англ. lapian ‘пить, хлебать’. Шарпантье отвергает гипотезу Ф. Соссюра о родстве славянского *lobъzati с др.-инд. libyā ‘лиана’. Справедливо отвергается и попытка Пизани *lobъzati как результат гаплологии из *lobo-bǔzati, где lobo- лат. labium ‘губа’, а bǔzati – ономатопея, связанная с bučiuoti ‘целовать’ [16, c. 241].

У О.Н. Трубачева *lobъzati(*lаbъzati) характеризуется как глагольный интенсив с суффиксом z-/-uz- от семантически близкого звукоподражательного *labati (cр. сербохорв. диал. лȁбати ‘лакать; торопливо есть’, польск. диал. labač ‘много пить’, диал. l’abat ‘гулять, кутить’) [6, c. 350].

В современном состоянии глаголов лебезить, лобзать экспрессивный звукоподражательный генезис себя не обнаруживает.

Лелеять. 1. Нежить, заботливо ухаживать за кем-либо, чем-либо. 2. перен. Любовно, вынашивать (мысль, мечту), горячо желать исполнения чего-либо, мечтать о чём-либо [5, c. 174].

Слово общеславянского происхождения (ср. болг. лелѐя ‘качать, волновать; заботливо охранять; таить в душе; нежно гладить, ласкать’, макед. лелее (се) ‘качать (ся), колыхать (ся)’, сербохорв. лелujати се, лелѐjати се – то же, ст.-чеш. leleti ‘двигать волнообразно’, ст.-польск. lelejać (się) ‘качаться, шататься’, ‘колебаться’, диал. lelać sa ‘опахивать (кругом) сохой’, словин. lelac są ‘увиваться, ухаживать за кем-либо’, др.-русск. лелѣѩти ‘качать’, ‘хвалить’, лелеяти ‘качать (на волнах)’, ‘носить, качая’, ‘пестовать; заботливо, с любовью воспитывать’, русск. диал. лелеять ‘мелькать, блестеть (о воде)’, ‘широко разливаться, затопляя большое пространство’, ‘бурно течь’ (курск.), ‘блуждать, скитаться’ (курск., волог.), ‘манить, дразнить’, ‘любить друг друга’ (новг.), ‘экономить, беречь; копить’ (твер.), ‘приходить’ (орл.), укр. леліяти ‘лелеять, ласкать, пестить’, леліти ‘сверкать, блестеть, переливаться, играть, отливать’, блр. диал. лялѐці ‘играть рябью на солнце (когда говориться о тёплой летней воде), лелѐць, лілíты, лялѐць ‘переливаться, отражать (о водной поверхности)’, ‘колыхаться (про хлеба, про траву)’ и др. [15, c. 100]. Имеет соответствия и в других индоевропейских языках – ему родственны др.-инд. lēlāyati: lēlayáti ‘качается, дрожит’, lálati ‘играет’, lālāyāti ‘ласкает’ [там же, c. 102], лит. leliuöti, leliuoju ‘качать, колыхать’, лтш. leluôt, leluoju ‘укачивать ребёнка, убаюкивать’ [7, c. 479], лат. lallāre ‘баюкать’ [8, c. 210], нем. (ein)lullen ‘убаюкивать’ [9, c. 237].

Глагол образован от припева при укачивании, убаюкивании ребенка (ср. люли люлька) – звукоподражания на основе редупликации *le-lě [15, c. 102] (деривационное значение ‘воспроизводить в звучании мотивирующее слово’, мотиватор: голос человека). Первоначальное значение глагола лелеять ‘напевать ле-ле при укачивании, убаюкивании ребенка’. В результате перегруппировки сем по значимости акустический смысловой компонент уступил место двигательному – как видно из приведенных примеров, большинству славянских языков глагол известен в значении ‘качать (ся), колыхать(ся)’. Для русского языка актуальным явился эмоциональный компонент. Развитие значения глагола лелеять можно представить следующим образом: ‘напевать ле-ле при укачивании ребенка’  ‘ласково относиться к кому-либо’‘холить, нежить’.

Этимон ‘напевать ле-ле’ в современном значении слова лелеять ‘нежить, заботливо ухаживать за кем-либо, чем-либо’ себя не обнаруживает. Причиной деэтимологизации явилось расширение смыслового объема слова, т.е. семантический фактор.

Улепётывать. прост. Поспешно убежать, уйти, удрать

Собственно русское слово, образованное с помощью приставки у- в значении усиления от глагола лепетывать, являющегося производным с суффиксом -ыва- от лепетать (деривационное значение ‘многократно совершать действие, названное мотивирующим словом’, мотиватор – глагол несов. вида).

Лепетать. 1. Говорить неправильно, несвязно, неясно произнося слова. 2. Издавать тихие неясные звуки – шум, шелест и т.п. [5, c. 175].

Глагол общеславянского происхождения (ср. сербохорв. лепетати ‘производить шум, махая крыльями’, ‘издавать шум, характерный для трепетания на ветру’, ‘быстро двигаться, производя шум’, словен. lepetati ‘трепетать; лепетать’, чеш. lepetati ‘издавать тонкий, шелестящий, журчащий звук’, ‘порхать’, польск. диал. lepietač ‘быстро и много говорить, молоть языком’, укр. лепетати ‘лепетать, болтать’, ‘говорить невнятно’, блр. лепетаць ‘болтать, врать; клеветать’ [15, c. 125].

Несомненно, в основе глагола лежит звукоподражание, но связь с ним этимологии трактуют по-разному. Согласно первой версии, слово образовано с помощью суффикса -а-ть от сущ. лепет ‘невнятная, несвязная речь; трепет’, в котором выделяется ономатопоэтическая основа леп- [9, c. 238]. Таким же образом объясняется происхождение глагола лопотать ‘говорить несвязно, неясно произнося слова’. Лопотать – от сущ. лопътъ, производного посредством суффикса -ътъ от звукоподражательного лоп- лоп- // леп- [9, c. 246].

Согласно второй версии, глагол *lepetati (*lepotati, *lepъtati) является интенсивом на -tatiот *lepati. Сущ. же лепет ← *lepetъ является отглагольным именем. Глагол *lepati образован с помощью суф. -a-ti от звукоподражательной основы *lep- [15, c. 125].

Аналогичным путём образован и глагол лопотать ← *lopotati (*lopъtati) – интенсив на -tati от *lopati → лопать ‘давать трещины, разрываться, разламываться’, груб. прост. ‘есть’. Глагол *lopati образован от звукоподражательной основы *lop- которая связана чередованием о//е с *lеp- в *lеpati и о//а с *lаp- в *lаpati → лапать.

В любом случае, глагол лепетать имеет звукоподражательное происхождение.

Таким образом, среди лингвистических факторов, сопутствующих деэтимологизации звукоподражательных глаголов, можно выделить фонетические, словообразовательные и семантические. Результаты деэтимологизации наиболее наглядны, если промежуточные словообразовательные звенья, соединяющие глагол со звукоподражанием, в современном языке утрачены. Преобразования во внешней (звуковой и структурной) оформленности слова сопровождаются изменениями в его семантике (сужением или расширением смыслового объема слова, актуализацией или нейтрализацией сем). Закрепленность во внешнем облике слов фонетических преобразований, исторически сложившиеся словообразовательные модификации, изменения в структуре значения оказываются значимыми как предпосылки отдаления глаголов от ономатопоэтических корней.

 

Список литературы:

1. Балалаева Е.Ю. Глаголы звукоподражательного происхождения, восходящие к индоевропейским корням *bha-/*ba- [Электронный ресурс] // Studia Humanitatis. 2019. № 3. URL: http://st-hum.ru/node/814 (дата обращения: 07.06.2012).

2. Балалаєва О.Ю. Лінгвістичні причини деетимологізації // Вісник Дніпропетровського університету імені Альфреда Нобеля. 2012. № 1 (3). С. 237-241.

3. Преображенский А.Г. Этимологический словарь русского языка в 2-х томах. Т. 1. М.: Госиздат, 1959. 720 с.

4. Словарь русского языка: В 4-х т. / АН СССР, Ин-т рус. яз.; Под ред. А.П. Евгеньевой. 2-е изд., испр. и доп. М.: Русский язык, 1981-1984. Т. 1. А-Й. 702 с.

5. Словарь русского языка: В 4-х т. / АН СССР, Ин-т рус. яз.; Под ред. А.П. Евгеньевой. 2-е изд., испр. и доп. М.: Русский язык, 1981-1984. Т. 2. К-О. 736 с.

6. Фасмер М. Этимологический словарь русского языка: в 4-х т.: Пер. с нем. 4-е изд., стереотип. М.: Астрель, 2004. Т. 1. 588 с.

7. Фасмер М. Этимологический словарь русского языка: в 4-х т.: Пер. с нем. 4-е изд., стереотип. М.: Астрель, 2004. Т. 2. 671 с.

8. Цыганенко Г.П. Этимологический словарь русского языка. К.: Рад. школа, 1989. 510 с.

9. Шанский H.M., Иванов В.В., Шанская Т.В. Краткий этимологический словарь русского языка. Изд. 2-е, испр. и доп. М.: Просвещение, 1971. 542 с.

10. Этимологический словарь славянских языков. Праславянский лексический фонд / Под ред. О.Н. Трубачева, А.Ф. Журавлева. М.: Наука, 1978. Вып. 5. *dělo – *dьržьlь. 232 c.

11. Этимологический словарь славянских языков. Праславянский лексический фонд / Под ред. О.Н. Трубачева, А.Ф. Журавлева. М.: Наука, 1979. Вып. 6. *e – *golva. 222 с.

12. Этимологический словарь славянских языков. Праславянский лексический фонд / Под ред. О.Н. Трубачева, А.Ф. Журавлева. М.: Наука, 1980. Вып. 7. *golvačь – *gyžati. 224 с.

13. Этимологический словарь славянских языков. Праславянский лексический фонд / Под ред. О.Н. Трубачева, А.Ф. Журавлева. М.: Наука, 1983. Вып. 9. *jьz –*klenьje. 197 с.

14. Этимологический словарь славянских языков. Праславянский лексический фонд / Под ред. О.Н. Трубачева, А.Ф. Журавлева. М.: Наука, 1987. Вып. 13. *kroměžirъ – *kyžiti. 285 с.

15. Этимологический словарь славянских языков. Праславянский лексический фонд / Под ред. О.Н. Трубачева, А.Ф. Журавлева. М.: Наука, 1987. Вып. 14. *labati – *lěteplъjь. 272 с.

16. Этимологический словарь славянских языков. Праславянский лексический фонд / Под ред. О.Н. Трубачева, А.Ф. Журавлева. М.: Наука, 1988. Вып. 15. *lětina – *lokačь. 263 с.

 

Сведения об авторе:

Балалаева Елена Юрьевна – кандидат педагогических наук, доцент кафедры журналистики и языковой коммуникации Национального университета биоресурсов и природопользования Украины (Киев, Украина).

Data about the author:

Balalaieva Olena Yurievna – Candidate of Pedagogical Sciences, Associate Professor of Journalism and Linguistic Communication Department, National University of Life and Environmental Sciences of Ukraine (Kyiv, Ukraine).

E-mail: olena.balalaeva@gmail.com.